1xbet Giriş betturkey giriş betist Giriş kralbet Giriş supertotobet giriş tipobet giriş matadorbet giriş mariobet giriş bahis.com tarafbet giriş sahabet giriş gonebete.com zbahis.com twinplaybet.com casino-real-games.com 1win giriş deneme bonusu gonebete.com zbahis.com twinplaybet.com xslotx.com dezperadoz.com güvenilir rulet siteleri 24hrbetting.com casino siteleri onlinecasinontx.com slot oyna blackjack siteleri 1xbitgiris.org venusbetgiris.net betebet giriş casino-real-games.com 1win giriş deneme bonusu
Mynet Sohbet holiganbet holiganbet sahabet sahabet onwin onwin
levant casino casinolevantgiris.com levant casino levant casino levantguncel.com levant casino levant casino levant casino levant casino levant casino levant casino levant casino levant casino levant casino vidobet vidobet vidobet vidobet denemebonusu.com betgitguncel.org betmaldives.org onlinecasinomaldives Maldives Casino casino siteleri adaxbetguncelgiris.org
Фото: Владимир Федоренко / РИА Новостипремии СССР, депутат Верховного Совета СССР, Герой Социалистического Труда, народный писатель Казахской ССР Чингиз Айтматов среди делегатов съезда в Кремлевском Дворце съездов. Владимир Федоренко / РИА Новости

Сто цветов советской литературы

  • Юрий Козлов
  • 31.10.2023

После распада СССР русскую литературу начали старательно разграничивать с советской. Дескать, первая — она настоящая, большая и вообще классика, а не эти ваши «совок» и соцреализм. Разделение абсолютно надуманное и популистское. Мы попросили главного редактора «Роман-газеты», писателя и обозревателя «Вечерней Москвы» Юрия Козлова рассказать о советских писателях, заслуженно ставших классиками русской, советской и национальной литературы.

Советская литература пользовалась большой популярностью в мире. За «железным занавесом» переводили и издавали не только «правильного» нобелевского лауреата Михаила Шолохова и «неправильных» Бориса Пастернака с Иосифом Бродским, но и многих других писателей: Юрия Бондарева, Петра Проскурина, Владимира Маканина, Юрия Трифонова, Бориса Полевого.

Практически каждый сколько-нибудь известный советский автор мог похвастаться переводами на иностранные языки. Литературу соцреализма исследовали серьезные западные литературоведы и писатели, всемирно признанные мастера — Жан-Поль Сартр, Габриэль Гарсиа Маркес, Ричард Олдингтон, Генрих Белль охотно посещали СССР, встречались с советскими коллегами.

Взращивая классиков

Многонациональной советской литературе были нужны классики, представляющие разные народы, а потому писателям из союзных республик — киргизу Чингизу Айтматову, грузину Нодару Думбадзе, армянину Вардгесу Петросяну, аварцу Расулу Гамзатову, абхазу Фазилю Искандеру, латышам Вилису Лацису и Иманту Зиедонису, литовцу Миколасу Слуцуису, представителями северных народов (Юрию Рытхэу, Владимиру Санги, Ювану Шесталову) были широко открыты двери издательств и литературных журналов. Лозунг «Пусть расцветают сто цветов» в полной мере реализовался в литературе СССР.

Журнал «Дружба народов» системно отслеживал литературный процесс в республиках, публикуя на своих страницах национальных авторов, привлекая лучших русских писателей для перевода их произведений на русский язык. Сделанные Наумом Гребневым переводы стихов, а Владимиром Солоухиным прозы («Мой Дагестан») Расула Гамзатова превратили его почти что в национального русского поэта.

Не менее профессионально и упоенно работал над переводом эпических романов казаха Абдижамила Нурпеисова прекрасный русский писатель Юрий Казаков. Его усилиями дошла до читателя трилогия «Кровь и пот», главное, пожалуй, произведение в творчестве фронтовика Нурпеисова.

Советский прозаик и поэт абхазского происхождения Фазиль Абдулович Искандер дома в своем рабочем кабинете / Рындин / РИА Новости
Советский прозаик и поэт абхазского происхождения Фазиль Абдулович Искандер дома в своем рабочем кабинете / Рындин / РИА Новости

Двойная мораль цензуры

К писателям из национальных республик цензура была более снисходительна, чем, допустим, к Василию Белову, Федору Абрамову или Борису Можаеву. К примеру, до середины 70-х годов поощряемый государственными премиями, ласкаемый критиками Чингиз Айтматов выступал в роли среднеазиатского Валентина Распутина, вскрывающего глухую социально-нравственную подоплеку народных бед в государстве, провозгласившем своей главной целью справедливость и счастье простых людей.

В повестях «Джамиля», «Первый учитель», «Тополек мой в красной косынке», «Прощай, Гульсары», «Белый пароход» киргизу Айтматову удалось сказать даже больше нелицеприятной для власти правды, чем русскому Распутину.

Если некоторые критики порицали Распутина за скрытый национализм и недостаточный оптимизм в отношении советской действительности, то Айтматова те же самые критики превозносили за смелость и глубокий психологизм. Писатель равно владел киргизским и русским языками. Он сам признавался, что, в зависимости от темы, думает то на одном, то на другом. Но всемирную известность ему принес именно русский язык, с которого его переводили на языки остального мира.

Другой национальный классик — белорус Василь Быков — всю жизнь писал на белорусском языке, а потом самостоятельно переводил свои произведения на русский.

С русского языка его повести о войне: «Третья ракета», «Альпийская баллада», «Мертвым не больно», «Сотников», «Пойти и не вернуться» переводились во многих странах мира. Быков создавал военный белорусский эпос, критики ставили его в один ряд с Юрием Бондаревым, Григорием Баклановым, Даниилом Граниным. Однако проза белорусского писателя была не столь эпична. Он был ближе к таким авторам, как Виктор Астафьев, Константин Воробьев, Виктор Курочкин. Их произведения называли «лейтенантской прозой», но именно в этой прозе была правда о человеке на войне. Василь Быков в лучших своих повестях показал, как близость смерти меняет внутренний мир личности, как с человека сходит все «мирное», наносное и выявляется его истинная — библейская — суть.

9 апреля 1965 г. Лауреат Сталинской и Ленинской премии, советский поэт Расул Гамзатович Гамзатов
9 апреля 1965 г. Лауреат Сталинской и Ленинской премии, советский поэт Расул Гамзатович Гамзатов

Маленький гигант большой сатиры

Фазиль Искандер сочетал в своем творчестве абхазскую легкость, персидскую мудрость, русскую сказочность, всечеловеческое стремление к доброте и справедливости.

Сын абхазки и перса писал на русском языке, считал его родным. У него было удивительное чувство юмора. Искандер смеялся не над людьми, а над тем, что делает их смешными. Это и чрезмерно серьезное отношение к собственной персоне, и стремление услужить начальству, и желание приврать, обвести ближнего вокруг пальца, получить награду не по заслугам.

Сочиняя историко-бытийный эпос абхазского народа («Детство Чика», «Сандро из Чегема»), Фазиль Искандер смело вводил в него элементы смеховой культуры, собственную версию которой он развивал и совершенствовал на протяжении всей жизни. Опубликованная в шестидесятых годах Александром Твардовским в журнале «Новый мир» повесть «Созвездие Козлотура» сразу сделала Искандера знаменитым.

Это была не только высочайшего художественного уровня сатира, но и социальный анализ экономической системы, работающей на мифах о невиданных успехах и выдающихся, обещающих в кратчайшие сроки обеспечить всеобщее изобилие, научных открытиях.

Природу второго «краеугольного камня» социалистического общества — страха человека перед молохом государства — писатель позже исследовал в рассказе «Маленький гигант большого секса».

Фотограф Марат, случайно разглядев из окна квартиры подруги профиль Лаврентия Берии в подъехавшей машине, надолго лишился неукротимой мужской силы, предмета женского восхищения и мужской зависти.

В рассказе «Пиры Валтасара» Искандер попытается объяснить любовь народа к Сталину как разновидность страха смерти. В отрицании Сталина как личности и сталинизма как системы управления государством писатель был последователен и непримирим. Его Мухус (Сухум) стал в советской литературе таким же «местом силы» и читательского притяжения, как «Буранный полустанок» Чингиза Айтматова, или Лисс, Зурбаган, Гель-Гью Александра Грина.

Место на книжной полке

Особое место в многонациональной советской литературе занимал грузинский писатель Нодар Думбадзе. Его пьеса «Я, бабушка, Илико и Илларион» шла в театрах по всей стране, повесть о слепой девочке «Я вижу солнце», философский роман «Закон вечности» снискали в стране поистине всенародную любовь.

А читая роман латышского писателя и видного государственного деятеля Вилиса Лациса «Сын рыбака», советские люди восхищались мужественным и крепким характером главного героя, возмущались бесчеловечными реалиями буржуазного общества, существовавшего в Латвии до присоединения к СССР в 1940 году.

Грузинский писатель Нодар Думбадзе / Олег Макаров / РИА Новости
4540 01.07.1970 Грузинский писатель Нодар Думбадзе. Олег Макаров / РИА Новости

КСТАТИ

Ни Великая Отечественная война, ни послевоенная разруха не убила в советских людях тягу к чтению: в 1946 году общий тираж изданной в стране художественной литературы достиг 70 миллионов экземпляров, в 1949-м — 138 миллионов экземпляров, а в 1950-м — уже 178,9 миллиона экземпляров, что в четыре раза превышает аналогичный показатель довоенного 1940-го.

К 1977 году в стране работали 239 издательств союзного и республиканского подчинения.

И это не считая организаций краевого и областного уровня.

ЦИФРА

88 языков, не считая русского, использовались в СССР при издании художественных произведений советских авторов.

ПУТЕВКА В ЖИЗНЬ

Национальная литература народов СССР обогащала русскую советскую литературу, добавляла в нее этнический колорит, поднимала на общечеловеческий уровень. Для самих же национальных писателей русский язык был воротами в мир, благодаря ему они получали известность и признание не только на родине, но и в других странах, удостаивались международных премий.

Многонациональная советская литература не умерла. Книги Чингиза Айтматова, Фазиля Искандера, Нодара Думбадзе, Василя Быкова, Расула Гамзатова и многих других авторов сегодня находят своего читателя разных поколений.

Рекомендации