Юнкоры школы студии «Новый фейерверк», работающей при «Вечерней Москве», получили возможность побывать в уникальном столичном медучреждении.
Коридоры НИИ общей реаниматологии имени В. А. Неговского Федерального научно-клинического центра реаниматологии и реабилитологии Миннауки и высшего образования РФ (ФНКЦ РР) на Петровке, 25, ничем не отличаются от коридоров многих других институтов: повороты, двери, таблички. Но место это уникальное. Именно тут больше полувека назад медики вступили в схватку со смертью и начали ее побеждать. Стенд, посвященный Владимиру Неговскому, основателю реаниматологии как науки, встречает нас уже у входа. А экскурсия начинается с его мемориального кабинета. Главный научный сотрудник профессор Елена Александровна Спиридонова показывает два фолианта.
— Это кандидатская и докторская диссертации Владимира Александровича, — говорит она. — Посмотрите на даты… На титульном листе — 1942 год! А докторскую Неговский защитил год спустя. Специальную лабораторию для изучения состояний, близких к смерти в СССР создали в 1936 году. Сотрудники рисковали многим: и власти, и известное ведомство на Лубянке строго относились к исследованиям, связанным с вопросами человеческой жизни и смерти. Но именно ученые того времени сформулировали правила сердечно-легочной реанимации, которые сегодня входят даже в школьную программу. У победы наших ученых было много имен и одна фамилия — Черепанов. История болезни этого бойца — бесценный документ, хранящийся в кабинете Неговского. 3 марта 1944 года радист Валентин Черепанов, получивший серьезное осколочное ранение бедра, был доставлен в госпиталь. Началась операция, но хирурги оказались бессильны: вскоре они были вынуждены констатировать смерть бойца от шока и кровопотери. Через 3 минуты 30 секунд — столько длилась клиническая смерть — к реанимации приступили Неговский и его коллеги. Сердце солдата заработало через минуту, еще через три он начал дышать. Через сутки Черепанов уже читал… Врач и пациент поддерживали связь всю жизнь. Метод Владимира Неговского применялся на фронте более 50 раз. После мемориального кабинета нас приветствовал руководитель НИИ общей реаниматологии ФНКЦ РР профессор РАН Артем Николаевич Кузовлев.
— А сейчас, ребята, предлагаем вам переместиться в симуляционный центр, чтобы вы могли поработать с манекенами и понять, что такое сердечно-легочная реанимация, — напутствовал нас он.
Симуляционный центр похож на обычную аудиторию, только вместо парт — медицинское оборудование. Специалист первой категории центра симуляционных технологий Института высшего и дополнительного профессионального образования ФНКЦ РР Сергей Денисов показывает два небольших класса, где врачи отра батывают базовые навыки: постановку капельницы, интубацию. Но главное — впереди.
— Это — палата реанимации, максимально приближенная к реальности, — Сергей Олегович открывает дверь. — Все оборудование — настоящее, чтобы обследовать человека.
Но в центре палаты — похожий на человека манекен. Он даже имеет имя — Семен. У него есть пульс, зрачки реагируют на свет фонарика, а на мониторе над его головой бегут цветные линии, показывающие, как меняются показатели давления и сатурации.
— Семен может засыпать и просыпаться. Почти все — как у людей, — рассказывает Сергей. Он шутит, а руки работают быстро и профессионально: р-раз — и он проводит интубацию, вводя трубку в дыхательные пути. Так пациент сможет дышать. Со стороны кажется, что все просто. Но это только кажется.
— Если попадете трубкой в пищевод, воздух будет поступать в желудок. Видите — вот, трубка введена, а легкие не дышат, сатурация падает, — объясняет он. — Но навык отлично отрабатывается, спасибо Семену.
А в соседнем большом зале имитируется трагедия.
— Представьте: на улице падает девушка. Она не дышит. Мои действия? — спрашивает Сергей и поясняет: — Прошу окружающих вызвать скорую и принести дефибриллятор.
Дефибрилляторы сейчас не проблема найти в метро и парках. С ними справится даже неумеха: прибор — говорящий, подробно расскажет алгоритм действий. А если их нет? Тогда спасение человека — в умении того, кто рядом, оказывать первую помощь. Встав на колени перед манекеном-тренажером, Сергей показывает, как правильно положить руки на грудную клетку пострадавшего и начать делать непрямой массаж сердца, или компрессию. А потом приходит наша очередь стать спасателями…
— Смотрите, к вам едут три скорых, — говорит Денисов. — Чем лучше делаете, тем быстрее приедет скорая. Устали — меняйтесь! А это не так просто!
— Меняемся! — кричат в командах. — Давай, Соня, жми! — выдыхает кто-то из девчонок, переводя дух.
Итог — не очень: умения оказывать первую помощь нам не хватает. Но Сергей нас успокоил — шансы у пострадавших есть! Через два часа мы выходим на улицу. За спиной остается удивительная страница истории нашей страны. Для нас экскурсия стала переворотом. Мы узнали, что миг между жизнью и смертью измеряется пятью-шестью сантиметрами — это глубина нажатия на грудную клетку, отделяющая клиническую смерть от биологической. Этому теперь учат даже школьников. Потому что дорогу, как сказала нам профессор Спиридонова, одолеет идущий.
ИМЕНА НА ВСЕ ВРЕМЕНА
Владимир Александрович Неговский (1909-2003) — крупнейший патофизиолог, создатель реаниматологии, основатель первого в мире Научно-исследовательского института общей реаниматологии. Автор нескольких сотен научных работ, опубликованных в отечественных журналах, свыше ста его работ опубликованы за рубежом.
